Интервью
фотогалерея
архив новостей
Реклама
Осенний переполох
Жизнь Аллы Григорьевны неспешно шла своим чередом: дом, работа, любимый муж, обширный участок с садом и огородом, за которыми необходим был строгий уход. О чем еще можно мечтать?
Свободное время проходило просто и незамысловато - за просмотром увлекательных сериалов либо за наблюдением за природой из окна. А порой, поудобнее устроившись в кресле, она коротала вечера с каким-нибудь занятным любовным детективом в руках.
Ярким лучиком в этом царстве спокойствия становились встречи с подругами - женщинами жизнерадостными, бойкими, всегда готовыми обсудить последние новости и, что греха таить, всех знакомых и малознакомых людей. Они все продолжали твердить, что живет она крайне скучно. Но это не скучно, а стабильно. Да, именно так. Хватит с нее приключений, хочется уже немного спокойствия и предсказуемости. Впрочем, их было не переубедить.
Часто на выходных приезжала дочка. В последнее время она много рассказывала о появившемся у нее молодом человеке. Алла Григорьевна такую ситуацию не слишком-то одобряла. Все же, по ее мнению, лучше сначала было бы отучиться и найти работу, но вмешиваться в дела дочери она не собиралась. Опыт, он приходит из жизни. И что это будет за жизнь, если все в ней станут решать родители. Да и Верочке она доверяла. Но все равно хотелось бы познакомиться с ее ухажером.
Супруг ее, Борис Васильевич, тоже сгорал от любопытства. Он где-то читал или слышал, что женщины часто неосознанно выбирают спутников жизни, похожих на отца. И очень надеялся, что это правда. Тогда у него появится отличный собеседник, а может, и хороший товарищ по рыбалке, с которым не стыдно «на щуку сходить». А то в последнее время и порыбачить не с кем.
А как он один соберется поехать, так сразу начинается: «Боря, с твоим давлением надо дома сидеть, а не на речке рыбу удить». И чего так цепляться к давлению, нормальное оно. Ну, может, повышенное немножко. С кем не бывает. Но все же к словам супруги он прислушивался: далеко и надолго не уезжал. Эх, а так хотелось на любимое озеро с ночевкой, где запах влажной от росы земли, прелой листвы, тихий шум воды, тепло разгоняющего полутьму костра. Где даже простые бутерброды отчего-то кажутся особенно вкусными, а чай удивительно сладким. И сама жизнь ощущается как-то по-другому, ярче и насыщенней.
А если повезет, можно поймать большущую щуку и потом уже дома чуть не захлебываться слюной от дивного манящего аромата шкворчащих на сковороде рыбных котлет. В свое время ими Аллочка его и покорила.
В общем, оба с нетерпением ждали встречи, и вскоре она состоялась. Правда реальность значительно отличалась от ожиданий.
Солнце ярко светило в окно. Его лучи густыми мазками ложились на стоящий на столе большой черный ящик. Из него доносились громкие звуки.
- Так-так-так, и что тут у нас?
Борис Васильевич подошел поближе и заглянул внутрь.
- А тут у нас «felis catus», - многозначительно изрек он. - Или же кот домашний.
Содержимое ящика недовольно взвыло.
- Боря, к чему сейчас эти твои измышления, - Алла Григорьевна всплеснула руками. - Я и так вижу, что это кот. Но почему он здесь, и почему это чудовище так завывает. Вера, пожалуйста, объясни нам…
- Ну, - девушка замялась. - Это мой котик Марсель.
- Хе, да какой же он Марсель. Скорее, Марсик, - вмешался мужчина.
- Боря, хватит, - в голосе женщины сквозило возмущение. - Вера продолжай.
- Ну, у него аллергия.
Словно в подтверждение ее слов из ящика-переноски донесся оглушительный чих.
- Я что только не пробовала, разные капли, таблетки, корм меняла. Ничего не помогает. И ветеринар посоветовал сменить ему обстановку, ну подальше от города, где свежий воздух.
Далее последовал долгий рассказ о том, какой ее питомец замечательный и совсем-совсем не проблемный. Все это время кот утверждающе чихал.
- И вот, я его сюда привезла.
Девушка неловко замолчала.
- А нам почему ничего не сказала?
- А вдруг вы будете против и не возьмете его. Может, возьмете?
Вера жалостливо взглянула на родителей.
- Ох, - Алла Григорьевна, переглянувшись с мужем, громко вздохнула. - Возьмем, куда денемся.
Женщина уже давно смирилась с неуемной любовью дочки к животным. Да и кота жалко. Не выбрасывать же. Она заглянула в решетчатую дверцу переноски. Внутри ярко сверкнули два больших зеленых глаза.
Кот был крупным, ухоженным, черно-белый мех лоснился здоровым блеском. Общую картину портил лишь мокрый нос.
- Но звать я его буду все же Марсиком. Ну что, бандит, будем знакомиться?
Борис Васильевич протянул руку к дверце.
- Нет! - лишь успела крикнуть Вера, но было уже поздно.
Почуявший свободу зверь вырвался из своей темницы и, чуть не сбив с ног мужчину, рывком ввинтился в самое безопасное место… под диваном. Его освободитель лишь ошарашено замер.
- К такому меня жизнь не готовила, - наконец пришел в себя Борис Васильевич.
- Он и так пугливый, да нас еще несколько раз в дороге сильно тряхнуло. И тут еще место незнакомое, новые люди. Вот и перепугался бедняга.
- Ладно, - Алла Григорьевна устало потерла переносицу. - Не будет же он там вечно сидеть. Скоро вылезет.
Но «скоро» кот не вылез. Всю ночь из-под дивана раздавались подозрительные шорохи. Не увидели его и на следующий день. Вечером Вера попрощалась и уехала, оставив все котовье имущество: лежанку, миски, пакеты с кормом и наполнителем и много, очень много игрушек.
На третий день обнаружилась пропажа корма из мисок, что уже радовало. Но самого «Марсика» видно не было. Он появился лишь на четвертые сутки. Высунувшись из-под дивана, кот под презрительным взглядом кошки Маруси по-партизански прокрался на кухню.
Постепенно он оттаял и даже позволял себя гладить и чесать за ушком. Да и вообще оказался довольно добродушным, спокойным и ленивым. Больше всего он любил греться на солнышке или же дремать в своей лежанке. Опасался Марсик только Маруси, маленькой кошечки милейшей черепаховой окраски. Она никак не могла смириться с вторженцем, и котик постоянно попадал под горячую лапу недовольной дамы. Но и та постепенно начала успокаиваться и вести себя благосклонней.
Излюбленным занятием пушистика стали посиделки у окна. Кот надолго замирал у своего «телевизора», хотя и показывали всегда одну и ту же передачу. Зато какую! За окном негромко шумели деревья, падала пожелтевшая листа, да еще и с ветки на ветку то и дело перелетали птички. Иногда они садились прямо на подоконник, весело щебеча и совершенно не обращая внимания на пытающегося их поймать грозного хищника.
Понравились коту и угощения - мелкие рыбешки, которых приносил для кошек с рыбалки Борис Васильевич. И ими не нужно было делиться. Маруся эти «жалкие подачки» почти всегда игнорировала, предпочитая рыбе речной морскую.
Вот так мирно и спокойно проходили кошачьи будни. И, как заметила Алла Григорьевна, вскоре у кота перестало течь из носа, и он е почти не чихал. Выглядел вполне здоровым и довольным жизнью.
«Видно, у нас и правда воздух особенный», - подумала женщина.
Дни сменялись днями, и вот в очередной раз позвонила Верочка, пообещала приехать на выходные, проведать родителей и своего любимца. Ну и познакомить их кое с кем. Алла Григорьевна с Борисом Васильевичем сильно обрадовались, все же дочку они не видели уже несколько недель. Телефонные звонки все же не заменят живого общения. И еще оба надеялись, что этот «кое-кто» не будет очередной бедной зверюшкой.
Для середины осени погода была на редкость погожая. Солнечные лучи, еще не растратившие всего своего тепла, согревали укрытую толстым желто-красным покрывалом землю. В воздухе кружили сорвавшиеся с ветвей листья. С тихим шорохом они летали по округе, пока не находили свое место в осеннем лиственном ковре.
За всем этим лениво наблюдал растянувшийся на подоконнике Марсик. За прошедшее время он не только избавился от аллергии, но и заметно округлился и опушился.
В день приезда дочери Алла Григорьевна с головой погрузилась в хлопоты. Наготовила целую гору вкусностей и, главное, испекла свой фирменный пирог.
От долгой готовки в доме стало душно, из кухни буквально вырывались волны жара, и она немного приоткрыла окна. На подоконник одного из них тут же прыгнул большой черно-белый кот. Женщина усмехнулась, но сгонять негодника не стала. Все же Марсик никогда особо не пытался сбежать на улицу, особенно через окно, предпочитая оставаться в тепле и безопасности. Котик блаженно закрыл глаза, подставляя мордочку прохладному осеннему ветерку.
Дверь на улице скрипнула, послышались быстрые шаги. И вскоре в дом ворвалось стихийное бедствие по имени Вера. Едва завидев кота, она с криками «Марсель! Я так соскучилась!» рванула к нему. Бедный Марсик, перепугавшись, шарахнулся в сторону, прямо в открытое окно.
Он свалился в большой лиственный сугроб и потом, чуть придя в себя, рванул вперед, не разбирая дороги. Девушка застыла у окна.
- А, это я во всем виновата, - наконец выдавила она.
В комнату вбежали взволнованные родители. Алла Григорьевна осмотрелась вокруг и тут же все поняла.
- Далеко он убежать не мог, - спокойно произнесла она. Борис Васильевич согласно кивнул. - Будем искать.
К поискам приступили сразу же. Впрочем, продлились они недолго. Кот обнаружился на высоком раскидистом тополе. Он уцепился за крепкую толстую ветку и самозабвенно выл, чем привлек уже немало зевак. В громком котовьем крике слышались нотки обиды, грусти и испуга. Но в целом для беглеца он выглядел неплохо.
Кошачья ария притягивала все больше людей, и котик, словно воодушевившись, завопил еще громче. Веру толпа не смутила. Она протолкалась сквозь зевак и бросилась осаждать дерево, как ярая фанатка любимого певца.
Запыхавшаяся мать успела лишь крикнуть: «Вера! Нет! Ты же боишься… высоты».
Последнее слово она произнесла, когда девушка уже лихо карабкалась вверх.
Вера ухватилась за ветку, на которой сидел кот, и протянула к нему руку.
- Мря-а.
Марсик, ошарашенный и обиженный тем, что его соло прервали, ловко извернулся и, возмущенно мяукая, стремглав слетел с дерева. Кот прыжками прорвался меж ног зрителей и прыгнул на руки к своей единственной любви… Борису Васильевичу.
Девушка устремила взгляд вниз.
- А-а-а-а! - раздался ее жалобный крик.
Теперь спасать нужно было уже не кота.
Народа вокруг стало еще больше.
Люди переговаривались друг с другом. Кто-то предложил вызвать спасателей, кто-то рассуждал о человеческой глупости, а кто-то просто глазел по сторонам, но реальной помощи ни от кого ждать не приходилось. Вера, зажмурившись, крепко вцепилась в ветку.
Алла Григорьевна уже и правда хотела кого-нибудь вызвать на помощь, как вдруг раздался громкий крик:
- Расступись!
Толпа резко раскололась на части, пропуская вперед человека с длинной лестницей.
Парень аккуратно приставил ее к дереву и начал ласково уговаривать девушку оторваться от ветки. К нему поспешил крепко держащий в руках кота Борис Васильевич.
Спустя полчаса спасательная операция подошла к концу, и люди начали расходиться.
Вера, все еще мелко дрожа и стуча зубами, представила родителям молодого человека.
- А эт-то м-мой п-парень, Д-денис.
Юноша улыбнулся.
После быстрого знакомства девушка подошла к своему любимцу.
- Марсель-Марсель, ну как ты мог, - жалобно протянула она.
Цветочный аромат ее духов казался слишком резким, навязчивым и раздражающим. Вера сделала еще один шаг, и Марсик с Борисом Васильевичем, не удержавшись, громко чихнули.
- Теперь понятно, на что у него аллергия, - сделала вывод Алла Григорьевна.
Вера смущенно покраснела.
- Ладно, нечего тут стоять, идемте домой.
Участники происшествия направились в сторону дома.
Борис Васильевич не стал терять времени даром.
- Денис, можно на «ты»?
- Да, конечно.
Парень кивнул.
- Как ты относишься к рыбалке? Нравится она тебе? - глаза мужчины заблестели.
- О, видели бы вы мою коллекцию снастей. Жаль, только редко удается куда-нибудь выбраться.
- А может мы с тобой?
- Боря (Денис)!
На минуту воцарилась тишина. А потом все дружно рассмеялись.
- Идемте уже, - усмехнувшись, повторила Алла Григорьевна. - А то вдруг наш беглец опять чего напугается. Будем снова за ним бегать. Хватит уже приключений.
Все согласно кивнули.
А Марсик, уютно устроившийся в безопасных и надежных объятьях, тихонько замурчал. Его впереди ждало много вкусностей, тепла и ласки.
Елена Долгих
